Як сім’я переселенців змінила місто на життя в закарпатському селі

переселенціВ’ячеслав Ширма – колишній працівник прокуратури в Єнакієвому.  Рік тому разом з дружиною Оленою і сином Олегом він приїхав відпочити на Рахівщину, у село Кваси. Тоді вони не знали, що залишаться тут надовго. А, може, й назавжди.

«Мы приехали сюда в прошлом году просто отдохнуть. Были здесь раньше и решили старой компанией еще раз съездить в Карпаты», – розповідає В’ячеслав і запевняє, що квитки додому були в руках.  «Но друзья не пустили. 14 июня серьезный обстрел Донецка, железнодорожного вокзала. Мы рассчитывали, что это ну неделя –  и все пройдет.  Паша (друг сім’ї. – Авт.) говорит: «Надо будет, живите». Вот мы и остались», – каже чоловік.

Із документів у В’ячеслава і його дружини Олени були тільки паспорти, з речей – лише літні. Тому, коли зрозуміли, що повертатися – нікуди, допомогало все село. Пізніше, у вересні, рідні змогли переслати найнеобхідніші речі з Єнакієвого до Рахова: на Донеччині у В’ячеслава і Олени залишилися батьки, друзі та власна квартира. Сім’я запевняє: про те, що не повернулися на Донбасс, не жалукують, тут – будують своє нове життя і поки все йде доисть добре.  «Я не понимаю, у кого тут плохо может проходить адаптация.  Я когда слышу вот эти страшилки… Ну, это либо, извините, больные люди, либо те, которые просто не приспособлены ни с кем жить. Адаптации как таковой не было, потому что все абсолютно с пониманием к нам отнеслись. Единственное, что не было денег, не было вещей, все осталось там. Помогали все!», – розповідає В’ячеслав. Каже, що спочатку ні про які соцвиплати, допомогу від держави не знали і розраховували тільки на себе:   «Я даже не знал, что надо становится на учет и будут соцвыплаты. Мы поехали в Рахов, на руках были только паспорта. Нас зарегистрировали в течении 5 минут. Все отнеслись  с пониманием. Для нас эти выплаты в первые два месяца были очень ощутимой помощью. Мы вообще без ничего были. Когда родственники Новой почтой смогли передать нам вещи, уже было намного проще. До этого помогали буквально все», – каже чоловік.

У Єнакієвому В’ячеслав Ширма працював у прокуратурі. Після прийняття рішення залишитися в Карпатах, мав пропозиції продовжити роботу на території ДНР, але відмовився. Пояснює: працювати з тими, кого арештовував за вбивства, не буде. «Думаете, мне не предлагали остаться в ДНР прокурором? С сентября звонки уже были. Звонит человек, мой учитель, на выбор города перечисляет. Но не хочется мне, понимаете? Когда руководят люди, которых я арестовывал за убийства, а они сейчас с ружьем ходят… Извините, но нет. И когда предлагают взять любую квартиру от тех, кто уехал… А завтра они придут? Есть же какие-то общечеловеческие нормы, понимаете? Поэтому, нет», – каже В’ячеслав Ширма.

Зараз чоловік намагається влаштуватися на роботу на Закарпатті. Розповідає, що вже встиг попрацювати в управлінні освіти Рахівської РДА. Колектив, за словами В’ячеслава, дуже хороший, але робота – «надто спокійна» для нього. Каже, хотів би повернутись в правоохоронні органи: «Супруга работает бухгалтером в санатории. Благодаря ей дом снимаем. До этого –  поваром успела потрудиться. Когда жили в Паши, он нас разрекламировал, все рассказал о нас, перезнакомил. И вот поэтому у нас, наверное, все намного проще складывается. Лена очень довольна. А мне, если получится устроиться по своей специальности, был бы очень рад. Если б здесь, для меня это было бы идеально. Очень хотелось бы остаться на Закарпатье и зацепиться», – каже В’ячеслав Ширма.

Щодо ставлення місцевих мешканців до вихідців з Донбасу, В’ячеслав розповідає, що воно виключно дружелюбне: з неприємними моментами родина майже не стикалася: «У меня единственное было опасение в сентябре-октябре, когда Рахов приходили вести о погибших в зоне АТО. Думал, что какая-то злость в нашу сторону возникнет. Но ничего такого не было. Абсолютно! Мы здесь больше года. Я перезнакомился со всеми, в Рахове много знакомых уже. Не было никакой агрессии. Даже вот когда задерживаются выплаты: сами позвонят, расскажут, что все будет, уточнят, когда приходить. Когда лично директор узнает, что мы с ребенком и предлагает устроить сына в школу, о чем это говорит?».

Про земляків В’ячеслав каже, що люди різні бувають:  «Я сталкивался с такими, которые приезжают и «постройте нам дом».  Понимаете,  с ними общаться можно только на «-Понял? -Понял». Закарпатцы – набожные, редко голос повышают, и они не понимают, что делать, когда к тебе приходят и начинают кричать, что-то требовать. Поэтому таких людей надо приземлять. Я здесь сталкивался с некоторыми своими земляками, иногда бывает, конечно, стыдно. В большинстве – нормальные. Но бывали такие, что приезжают, получают выплаты и уезжают. Это уже, извините, скотство», – зазначає чоловік.

«Я никогда на государство не рассчитывал. Больше – на себя. И  это нормально. А что должны вам? Дома строить? Мое мнение таково: ты приехал, ты пока в гостях. Веди себя, как гость. Никто не обязан помогать. Я не знаю, как остальные, но мы на государство не сильно рассчитывали. Но тот же мэр Рахова нам позвонил, предложил работу. А что еще? Дом мне построить? Это же бред», – каже чоловік.

Восьмирічний син Олени та В’ячеслава Олег, як стверджує батько, зрозумів ситуацію і зараз уже не сумує:  «Я первое время переживал.  Потому что тяжело ребенку без друзей. Но потом соседи подтянулись, в школе появились товарищи.  Был момент, когда один пятиклассник обозвал Олега сепаратистом. Я понимаю, что это дети, школа. Но там произошла драка. Олег победил. И сейчас с этим мальчиком они – друзья, он в гости к нам приходит. Проблем со школой нет. Я не знаю, кто рассказывает про сложности, но здесь у сына их нет. Все хорошо», – розповідає В’ячеслав.

Щодо мови, то тут, як запевняє родина, теж проблем не виникає. Крім того, колишні донеччани вже потрохи зивкають до гуцульського діалекту: «Йо!», – ствердно киває В’ячеслав.   «Знаете, очень часто, мы путешествовали заграницей, – продовжує чоловік, –   много раз во Львове были. В Донецке, понимаете,  большинство дальше города не выезжает. И везде ходит такая легенда, что если ты во Львове не заговоришь на украинском, то кофе не нальют. Но я говорю: покажите мне этого человека, которому не налили кофе! Я во Львове говорю по-русски. И  никогда с этим проблем не было. Кто-то переходит на русский, кто-то спрашивает,  чи розумію я українську. Ну нет проблем! Если есть какие-то моменты, то – один на тысячу!», – розповідає В’ячеслав.

«С местными на русском разговариваю. Я понимаю и разговариваю на четырех языках. Пока работал в управлении – розмовляв мовою. И никаких проблем. Сын в школе українською. Но никто не давит, что ты должен говорить на украинском»,  – додає він.

Про розмови щодо політики, В’ячеслав розповідає, що частіше сам розпочинає бесіди на такі теми: «Я заметил, что … Донецким сюда надо экскурсии водить. Сначала на поезде, чтобы местность посмотрели и увидели, что здесь люди живут.  Даже вот водители маршруток говорят: «Ну за что воюем? Раньше, вроде уживались как-то. Мы разговаривали на украинском, вы – на русском. И все было понятно». Больше, все-таки, восток политизирован», – вважає В’ячеслав Ширма.

Із особливостей жителів Гуцульщини чоловік відзначає, що тут – все «необов’язково»: «Здесь люди живут в свое удовольствие, насколько я заметил. Они не гонятся, как мы, за деньгами. Тут есть деньги – хорошо, нет – как-то будет.  Необязательность присутствует. Какой-то свой мир. То времени нет, то еще что-то. Но мы это воспринимаем в шутку. Со своим уставом в монастырь не лезут. Немножко тяжело привыкнуть, когда ты с города. Говорят, что будут через полчаса, а приходят через три дня. Мы с супругой с юмором к этому относимся», – сміється В’ячеслав.  «Люди набожные и по воскресеньям – все по церквям. Эту традицию мы возьмем. Понравилось здесь Рождество. Колоритно очень. Ну и целая неделя из жизни выпадает: хлеб не купишь. Пасха, конечно, тоже здесь особенная. С марта к празднику готовятся. Так, системно», – розповідає про тутешні традиції В’ячеслав і додає: «Люди здесь добрейшие. Был такой случай: на рынке мне не хватало где-то 60 гривен.  И тут говорят: «Занесешь, когда будет». У меня – культурный шок. Доверия намного больше»,  – ділиться враженнями чоловік.

Життя «до» і «після» родина не порівнює. Кажуть, мир, спокій і безпека сина – передусім: «Мы живем не в подвале под бомбежками, а в нормальном доме.  Это немаловажно. Когда ты настраиваешь себя на то, что у тебя есть ребенок и ты дожжен жить уже для него, то некоторые гламурные моменты проходят. Я очень многих приглашал сюда в гости. И с органов, и просто знакомых. С некоторыми отношения испортились,  с некоторыми – сохранились. Связь поддерживаем. Каждый сделал свой выбор. Отчасти, мне повезло. Многие знакомые бизнесмены побросали все, уехали. Говорят, небо и земля. Судья знакомый уехал в Винницу и всеми силами старается там остаться…

А товарищ, подполковник, опер, звонит с Енакиево, говорит, хотя бы 500 гривен надо, дочке не могу конфет купить. Ну я пошел, сам занял, 1000 выслал. А что делать?», – каже В’ячеслав.

Повертатися на Донбасс родина не хоче: «Возвращаться не планируем. А что жалеть? Жизнь вы сами делаете. Можно и здесь флагами махать и что-то кому-то доводить. Но это, знаете, как в «Золотом теленке»: лежать на диване и рассуждать о роли революции. У нас приоритет – семья, ребенок. Чтобы ему было спокойно и комфортно. Мне повезло с женой. Она, как жена офицера – куда надо, туда поедет. Здесь ей понравилось, получилось устроится. Я шучу, что в Донецке я был главный, а сейчас – она», – сміється чоловік.

Загалом сім’я налаштована задоволення життям в Карптах:

«Я тут многому научился.  Дрова рубить – вообще! Топор в руках не умел держать, – розповідає В’ячеслав. –  Все блага цивилизации есть. Кажется, что село, Карпаты, но все есть. А большего нам, в принципе, и не надо», – додає він. У гори колишній містянин ходить поки ще не дуже завзято: «Когда на отдых приезжали, а походы ходили. А сейчас  меня пригласили – нет, я пока еще городской», – зізнається чоловік.

Щодо порад людям, які мають намір переїхати, В’ячеслав зазначає: «Первое –  переживать не за что. Если вы сами по себе нормальные люди, то поверьте, помощь будет со всех сторон. Но, опять же, критерии помощи: смотря с какими целями сюда приезжать. Если качать права, то тут такое не проходит. Может, это мне так повезло, может, это Квасы такие, может, люди такие добрые, но пока я здесь, семья здесь и все хорошо. Второе – рассчитывать на свои силы. Забыть, что кто-то что-то кому-то должен. Забыть, что вы – «кормильцы». Забыть стереотипы». Про сум за домом В’ячеслав каже: «Кто-то там говорит о ностальгии. Но нам здесь не хуже. Мне здесь больше нравится. Я уверен, что с сыном ничего не случится», – вдумливо каже чоловік і тут же веселіше додає: «У вас даже сотрудники милиции улыбаются! Абсолютно нормальные люди. Без пафоса. Знаете, нам каждый месяц надо идти регистрироваться и если опаздываем, нам звонят, спрашивают, коли прийдете, чи нічого не сталося. Дуже дружелюбно».

Аня Семенюк
Публікацію підготовано у рамках проекту «Переселенці на Закарпатті:  життя без стереотипів» Ужгородського прес-клубу за підтримки програми «У-Медіа»


Loading...

Comments:

Залишити відповідь

Ваша e-mail адреса не оприлюднюватиметься. Обов’язкові поля позначені *

thirteen − 12 =